Вульфстан был краток в своих ответах. Пилигрим пожелал остаться безымянным; о своем доме или семье ни разу не упоминал; седовласый, высокий, с воинской выправкой, даже в болезни. Никто его не навещал, хотя он знал кое-кого из поместья Фрейторп Хадден. И, видимо, был знаком с Николасом.

— Но ведь это все не имеет особого значения?

Монах нервничал из-за того, что аптекарь теряет драгоценное время.

Люси Уилтон тронула мужа за руку, и он дернулся, словно прикосновение обожгло его.

— Брат Вульфстан должен торопиться к своему больному, — сказала она, встревоженно глядя на мужа.

Николас поднялся и принялся расхаживать по кухне. Неприятная пауза затянулась, и Вульфстан начал опасаться, что аптекарь просто не знает, какое посоветовать лекарство, но потом Уилтон повернулся и как-то странно вздохнул.

— Моей обычной микстурой здесь не обойтись. Ступайте к своему больному, брат Вульфстан. Я приду чуть позже, еще до сумерек, и принесу лекарство. — Вид у него был смущенный, он избегал смотреть Вульфстану в глаза.

Монах испытал разочарование. Опять отсрочка.

— Выходит, это не такой простой случай? Из-за ранения?

— С тифом всегда непросто справиться.

Вульфстан перекрестился.

Люси ласково опустила ладонь ему на плечо.

— Неужели все так серьезно, Николас?

— Не могу сказать, — резко ответил тот. Но потом, видимо, осознал это, наклонился и нежно поцеловал жену в лоб. — Тебе здесь незачем оставаться, Люси. — На этот раз он заговорил мягко. — И нет причин для беспокойства. Если поторопишься, то успеешь укрыть последний куст.

— А я хотела поучиться, посмотреть, как ты приготовишь лекарство.

Николас взял ее за руку.

— Я позже тебе все подробно расскажу, любовь моя. Но снег не будет ждать. — Во взгляде Уилтона были нежность, забота и непонятная грусть.